Слово года. Голосование.

среда, 9 декабря 2009 г.

Русский язык против нехоти
Елена Власенко
В России выбирают слово года. Оно призвано описать текущее состояние российского общества. Судя по предварительным результатам, общество находится на грани эмоционального срыва. Об этом в интервью Радио Свобода рассказал филолог, философ, куратор конкурса Михаил Эпштейн.

"Слово года" выбирают пользователи Интернета и эксперты-лингвисты. Конкурс состоит из четырех номинаций: кроме слова года выберут выражение и неологизм года, а также неологизм, связанный с интернет-тематикой.

В России конкурс проводится в третий раз, но впервые в голосовании принимают участие все желающие, а не только эксперты. Это позволило куратору конкурса Михаилу Эпштейну, филологу, философу, профессору университета Эмори в Атланте, составить портрет носителя русского языка.

В интервью Радио Свобода он рассказал, почему в России говорят на истерическом языке, почему кризис словотворчества связан с низкой рождаемостью и почему Россия утратила свое имя.

– Слово года и мысль года для вас одно и то же?

– И да, и нет. Мысль выражается словами, а слово содержит в себе самостоятельную мысль. Но между ними, конечно, нельзя ставить знак равенства: как правило, мысль выражается совокупностью, взаимоотношением слов. Но есть и такие слова, которые сами по себе содержат мысль. Как раз несколько номинаций в нашем конкурсе, такие как "Неологизм года" и "НеТологизм года" (сетевой неологизм), – это слова, которые соединяют языковые морфемы и очень явно содержат в себе новую мысль. Они могут рассматриваться как целое предложение. В них впервые происходит соединение тех смыслов, которые содержатся порой в морфемах. Например, "брехлама" – неологизм, который занимает сейчас первое место в конкурсе, если суммировать экспертное и народное голосование на портале Имхонет. "Брехлама" – это реклама, в которой есть брехня и хлам. Это целая мысль: в одном слове выражен не только предмет, но и отношение к данному предмету, суждение о нем. Или, например, слово "вампьютер", которое довольно высоко стоит в голосовании по сетевым неологизмам. Это компьютер, который действует, как вампир: поглощает время и душу пользователей, пьет из них кровь. Это слово – целая мысль, суждение.

– В одной из своих статей вы писали, что одно слово может быть литературным жанром, в котором "максимум смысла" сочетается с "минимумом языкового материала". Этот жанр – однословие. Кто, по-вашему, способен в России выразить максимум смысла?

– Для меня в жанре однословия – слова как целого произведения – важно не столько "кто", сколько "что". Мне кажется, русский язык содержит в себе такое огромное количество пустот, лакун, требующих заполнения, что у нас героем этой творческой деятельности может стать любой. Хотя, конечно, я представляю его в образе молодого человека, скорее всего, писателя или филолога, понимающего критическое состояние родного языка, который на протяжении десятилетий развивается за счет обогащения резервами других языков, прежде всего, английского. Практически утратилась способность создавать слова на основе исконно русских корней.
Подробнее...